Сегодня: 28 Июнь 2017 года
Главная arrow Наследование arrow Включение в наследственную массу самовольных построек
Главное меню
Статьи
Трудовое право
Семейное право
Опека и попечительство
Наследование
Торговля,защита прав потребителей
Налоги, Арбитраж
Страхование
Разное
Автовладельцам
Автотехническая экспертиза
Водители и ГИБДД
Безопасность дорожного движения
Дорожно-транспортные происшествия
Страхование ОСАГО, КАСКО
Документы
Образцы исков
Образцы договоров
Лицензирование / Регистрация
Жилищное законодательство
Товарищества собственников жилья (ТСЖ)
Права потребителей, правила торговли
Надбавки, особенности труда и оплаты
Охрана труда
Социальное обеспечение
Кадровые документы
Кодексы РФ
ИНКОТЕРМС. Правила толкования торговых терминов
Разное
Судебная практика
Верховный суд РФ
Судебная практика судов общей юрисдикции
Конституционный суд РФ
Арбитражный суд РФ
Судебная практика арбитражных судов
Студентам

Включение в наследственную массу самовольных построек

Нотариальная практика на сегодняшний день в отноше­нии самовольных построек идет следующим путем; свиде­тельство о праве на наследство, например, при наличии жи­лого дома, выдается только на те постройки, которые указаны в справке БТИ и в ранее выданном правоустанавливающем документе. Остальные, позже возведенные, постройки, на­пример сарай, туалет или перестроенные постройки.— если был сарай тесовый, а стал «сарай тесовый, обложенный Кир­пичом», — признаются «постройками самовольными», на них свидетельство о праве на наследство уже не выдается.

Вышеуказанная практика определяется во многом по старинке, согласно письму МЮ СССР от 21.04.1980, офор-мленному в виде «Практического пособия для государствен­ных нотариусов по вопросам охраны прав граждан на насле­дование личной собственности», в абзаце 5 пункта 12.1 которого указано, что «в случаях, когда из справки БТИ вид­но, что наследодателем произведены к дому пристройки (над­стройки), возведены дополнительные сараи, гаражи, тепли­цы и т.д., нотариус требует представления разрешения... При отсутствии такого разрешения исполкома в свидетельстве указываются только законно приобретенные или выстроен­ные жилой дом (его соответствующие размеры) и хозяй­ственные сооружения, согласно данным правоустанавлива­ющего документа». При этом нотариусы «старой закалки» ссылаются на то, что по наследству возможно передать толь­ко свое имущество. Ориентируются они на правило ст. 131 ГК РФ, указывающее на то. что все права на недвижимое имущество должны быть зарегистрированы. На сегодняшнийдень такую регистрацию производят учреждения юстиции по регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним; однако Законом о государственной регистрации при­знаются и ранее возникшие права (ст. 6 Закона о регистра­ции прав на недвижимое имущество и сделок с ним). Кроме того, подобная практика применялась и ранее, когда Граж­данский кодекс РФ уже вступил в действие (01.01.1995), а За­кона о регистрации прав, да и самих учреждений в некото­рых регионах Российской Федерации еще не существовало. Тогда, по аналогии, применялось правило, установленное ст. 8 ФЗ «О введении в действие части первой ГК РФ» (СЗ РФ. 1994. №32. Ст. 3302): «Впредь до введения в действие Зако­на о регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним применяется действующий порядок регистрации юри­дических лиц и регистрации недвижимого имущества с сде­лок с ним.

То есть, если нет зарегистрированного права наследо­дателя, постройки считаются самовольными и включению в наследственную массу не подлежат. Подобной позиции придерживаются и регистраторы.

Однако можно ли с такой уверенностью считать пере­планировку и вновь возведенные постройки самовольными?

Согласно правилу, установленному ст. 222 ГК РФ, са­мовольной постройкой признается «жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом или иными пра­вовыми актами, либо созданное без получения на это необ­ходимых разрешений или с существенным нарушением гра­достроительных и строительных норм и правил».

Обратимся к статье 128 ГК РФ: «К объектам граждан­ских прав относятся: вещи, включая деньги, ценные бума­ги, иное имущество, в том числе имущественные права; ра­боты; услуги; информация; результаты интеллектуальнойдеятельности, в том числе имущественные права на них (ин­теллектуальная собственность?); нематериальные блага».

Итак, то, что нас интересует в данном случае, опреде­ляется словом «имущество».

Основным признаком вещи как объекта гражданско-правового отношения Гражданский кодекс называет оборотоспособность. Чем же характеризуется данное понятие? А характеризуется оно одним признаком — возможностью свободного отчуждения (п. 1 ст. 129 ГК РФ): «Объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или пере­ходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридиче­ского лица) либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте».

То есть квалифицирующим признаком объекта яв­ляется возможность свободного распоряжения им по своему усмотрению.

Гражданское право признает в качестве объекта пра­ва одну вещь — главную (жилое помещение в виде жилого дома, которое должно соответствовать определенным тре­бованиям, предъявляемым к жилым помещениям, — п. 2 ст. 288 ГК РФ) и ее принадлежности (все остальные пост­ройки), которые признаются служебными и служат (туа­лет, сараи, баня с предбанником) для обслуживания глав­ной вещи — дома как жилого помещения. Более того, статья 135 ГК РФ закрепляет еще одно важное правило: вещи, предназначенные для обслуживания другой, глав­ной вещи, следуют судьбе главной вещи. То есть их юри­дическая судьба (право распоряжения) неразрывно зави­сит от юридической судьбы права распоряжения главной вещью — жилым помещением.

Выдавая свидетельство о праве на наследство на жи­лой дом с пристройками, то есть определяя юридическую судьбу главной вещи, мы не вправе отрывать от него принадлежности — сараи и бани с предбанником. Посту­пая таким образом, фактически мы идем вразрез с Граждан­ским кодексом.

В правоприменительной практике следует все-таки руководствоваться Постановлением №4 Пленума Верхов­ного Суда СССР от 31.07.1981 «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом», в пункте 9 которого прямо указано: различно­го рода хозяйственные постройки (сараи, летние кухни и т.п.) являются подсобными помещениями и составляют с домом единое целое. Поэтому при отчуждении жилого дома они переходят к новому собственнику вместе с Домом, если при заключении договора не был обусловлен их снос или перенос прежним собственником.

Кажется, именно в понимании того, что считать пост­ройкой, и будет ли эта постройка объектом правоотношения, и кроется «подмена термина» и, как следствие, ошибка в тол­ковании данной правовой нормы. Поэтому рассмотрим по­нятие объекта повнимательнее.

Слово, «постройка» и упоминание «созданное на зе­мельном участке» непосредственно указывают нам на то, что эта вещь является недвижимой, согласно определению, данному в ст. 130 ГК РФ: «К недвижимым вещам (недви­жимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки... все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назна­чению невозможно...».

Неоднозначно упоминание, законодателя на два глав­ных условия, указанных в гипотезе данной статьи:

1.       Наличие объекта.

2.       Прочная связь объекта с землей.

То есть для определения категории постройки как объекта права важно, что она находится на определенном земельном участке.

Конечно, Земельный кодекс РФ с точки зрения граж­данского права несколько проблематичен, однако заглянем в него, в частности в принципы земельного законодатель­ства (подпункт 5 пункта 1 статьи 1ЗК РФ): «единство судь­бы земельных участков и прочно связанных с ними объек­тов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральным зако­ном». Таким образом, сам объект — имеется в виду объект недвижимости — зависит напрямую от земельного участ­ка. Может ли быть отдельно стоящий сарай признан отдель­ным объектом недвижимого имущества — самовольной постройкой? Исходя из норм Земельного кодекса РФ — нет. Иначе пришлось бы под этот объект определять отдельный земельный участок.

Если у нас есть, например, жилой дом с постройками, то в свидетельстве о праве на наследство пишется так: «Жи­лой дом, состоящий из основного бревенчатого строения с пристроем шлако-засыпным (общей жилой площадью

35.6  кв. м), с пристройками (общей полезной площадью

46.6       кв. м) и служебными постройками: верандой тесовой и сараем бревенчатым, а также воротами и забором тесово-решетчатым».

В данном случае моя позиция ориентирована на справ­ку БТИ, согласно которой жилой дом и пристрой шлако-засыпной указаны под литерой «А» и «А-1», веранда тесо­вая и сарай бревенчатый — под литерами «а» и «а-1», а ворота и забор — под литерами «Г» «Г-1» (см. пункт 4.8 Рекомендаций по технической инвентаризации и регист­рации зданий гражданского назначения, введенных в дей­ствие -Росжилкоммунсоюзом 01.01.1991).

Однако в той же справке БТИ указывает, что есть еще постройки, возведенные самовольно, а именно: два сарая тесовых, баня кирпичная с предбанником тесовым.

Они, как правило, оценке не подлежат и в свидетель­стве о праве на наследство не указываются. То есть их как бы нет, поскольку они не прошли определенных согласова­ний в отделе архитектуры местного муниципального обра­зования и в пожарной инспекции и т.д., то есть построены без специального на то разрешения. В данном случае к ним применяется правило ст. 222 ГК РФ об отсутствии специ­ального разрешения.

Однако мы с вами выше установили, что отсутствие раз­решения является факультативным признаком, который не может существовать отдельно, без материального объекта. А есть ли такой объект в данном случае? Считается, что нет.

Посмотрите: свидетельство о праве на наследство вы­дается на жилой дом как на объект правоотношения. Мало того, и свидетельство о регистрации нрава указывает объек­том права жилой дом. И ничего более — никаких построек. Только жилой дом и жилую площадь. Все! То есть объек­том права является исключительно жилое помещение — жилой дом, все остальные постройки, пристройки являют­ся служебными и предназначены для обслуживания этого объекта. Недвусмысленно об этом говорит и вышеуказан­ная инструкция БТИ. Конечно, постройки за­писывают, но объектом нрава признают исключительно жилое помещение.

Так считать ли лицо, осуществившее на принадлежа­щем ему земельном участке какие-либо постройки (в нашем случае — сарай и баню с предбанником) без соответствую­щего разрешения владельцем данных построек? Несомнен­но. Во-первых: на то есть прямое указание закона — ст. 135 ГК РФ о единой судьбе главной вещи принадлежности. Во-вторых: лицо осуществит» постройки на собственном зе­мельном участке, возможно что-то пристроило, перестрои­ло и т.д., но оно имело все законные основания для этого — см. н. 3 ст. 261 ГКРФ: «Собственник земельного участка

вправе использовать по своему усмотрению все, что нахо­дится над и под поверхностью этого участка, если иное не предусмотрено законами о недрах и не нарушает прав дру­гих лиц». Более того, статья 263 ГК РФ еще более катего­рична: «Собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при соблюдении градос­троительных и строительных норм и правил, а также требо­ваний о назначении земельного участка».

Конечно, порядок в градостроительстве необходим и административный ресурс тоже должен быть задейство­ван, но следует осторожно относиться к понятиям, исполь­зуемым в различных нормативно-правовых актах, касаю­щихся одного предмета регулирования.

Вот здесь и кроется причина недопонимания.

Обратимся к статье 1 ГК РФ: «Гражданское законо­дательство основывается на признании равенства участ­ников регулируемых им отношений, неприкосновеннос­ти собственности... недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав... Граждане... приобретают и осуществляют свои гражданс­кие права своей волей и в своем интересе. ...Гражданские права могут быть ограничены на основании закона и толь­ко в той мере, в какой это необходимо в целях защиты ос- " нов конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обо­роны страны и безопасности государства...».

Никто не может признать эти постройки незаконными априори, без соответствующего решения. То есть не впра­ве БТИ само по себе включать эти постройки в катего­рию самовольно возведенных. Где доказательства, что они возведены с нарушением существующих правил и норм градостроительства? Следить за этими нормами должны по смыслу закона иные органы — пожарные, му­ниципалитет (архитектура), санэпидстанции и т.п. Вот, на­пример, часть 4 пункта 4 Инструкции по организации и осу­ществлению государственного пожарного надзора в РФ (далее — Инструкция по ГПН), утвержденной Приказом МЧС РФ №132 от 17.03.2003, зарегистрированным в МЮ РФ 30.04.2003, регистрационный №4477, в которой одним из основных направлений осуществления госпож-надзора указан контроль за «соблюдением требований по­жарной безопасности при проектировании, строительстве, капитальном ремонте, реконструкции зданий, сооружений, расширении и техническом переоснащении предприятий и организаций». Далее п. 59 указанной Инструкции ГПН: «При обнаружении в ходе проверки невыполненных в ус­тановленные сроки мероприятий, предложенных обяза­тельными для исполнения предписаниями, государствен­ный инспектор в пределах своих полномочий должен принять меры по привлечению в установленном порядке лиц, допустивших нарушения, к ответственности». В том числе и административной. Да и доложить «по команде» тоже может. То есть это прямая служебная обязанность инспектора ГПН, а не нотариуса.

Но даже если и считать, что были нарушены какие-либо правила, все равно, поскольку закон дал гражданину пра­во свободного возведения постройки на принадлежащем ему земельном участке и поскольку к данному гражданину не имеется официальных в установленном законом порядке оформленных претензий со стороны пожарных, архитектуры и т.п. инстанций, то данные постройки следует считать возведенными на законном основании, их владелец вправе считаться титульным, владеющим постройками на основании указания зако­на. Ведь сам Гражданский кодекс РФ в п. 1 ст. 9 указывает,что «граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права». И в п. 3 ст. 10 продолжение: «В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществ­лялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность и добросовестность участников гражданского оборота пред­полагается».

То есть как раз наоборот, априори закон признает эти постройки законными!

Хорошо, пусть постройки будут возведены формально на законном основании, вернее — при отсутствии основа­ний для признания их незаконными. А как выдавать свиде­тельство о праве на наследство?

Велика сила инерции! По старинке мы упираемся в на­личие права собственности наследодателя на переходящую по наследству вещь. А надо ли?

Обратимся к пункту 1 статьи 1110 ГК РФ: «При на­
следовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое...». Обратите" внимание — речь идет об иму­ществе, но не о праве собственности наследодателя! Далее ;
статья 1112 ГК РФ конкретизирует данное определение:
«В состав имущества входят принадлежавшие наследода­телю на день открытия наследства вещи, иное имущество,*
в том числе имущественные права и обязанности...». Очень
характерно применение в данном случае правила, установленного п. 2 ст. 617 ГК РФ: «в случае смерти гражданина, арендующего недвижимое имущество, его права и обязанности по договору аренды переходят к наследнику, если законом или договором не предусмотрено иное.»».           \

А ведь по договору аренды переходит не право собственности, а право временного владения и пользования  объектом. Без наличия права распоряжения. А стало быть при отсутствии права собственности. Уже не упоминаем о пресловутом праве пожизненного наследуемого владения земельным участком.

В статье 1112 ГК РФ речь идет об ином имуществен­ном праве. Что же это такое? Обратимсякстатье216ГК РФ. Логически рассуждая, следует полагать, что под иными вещ­ными правами законодатель понимает право каждого: от­дельно на пользование, отдельно на владение и отдельно на распоряжение каким-либо имуществом. В полном соот­ветствии с требованиями ст. 35 Конституции РФ: «Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользо­ваться и распоряжаться им...». Весьма недвусмысленно и од­нозначно ставятся запятые в данном предложении. Полно­стью корреспондирует данному определению и ст. 305 ГК РФ, устанавливающая, что лицо, не являющееся соб­ственником, но владеющее имуществом на праве владения или пользования по основанию, предусмотренному зако­ном или договором, имеет полное право на защиту своих прав. В юридической теории существует даже определен­ный термин «титульного владельца», то есть лица, владею­щего имуществом на законном основании.

Предвидим вопрос: кто же будет признавать эти пост­ройки незаконными? По нашему мнению — только суд. Посмотрим на правило, установленное пунктом 3 статьи 222 ГК РФ: «Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом...». Исходя из смысла данной нормы, вопрос о самовольности или несамовольности про­изведенных перестроек или возведенных построек может разрешить только суд. Как того и требует правило, установ­ленное п. 3 ст. 35 Конституции РФ: «Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда», име­ющей, кстати, прямое и непосредственное действие.

Косвенно подтверждением данному обстоятельству может служить п. 5 ст. 3 Градостроительного кодекса РФ:

«Споры, возникающие при осуществлении градостроитель- 1 ной деятельности, рассматриваются федеральными органа- 1 ми исполнительной власти, органами исполнительной вла­сти субъектов РФ, органами местного самоуправления, судом в пределах их компетенции».

Все, что не запрещено законом и решением суда, то раз­решено!

Посмотрите на свидетельство о регистрации права. Там объектом права указан только жилой дом. Без пристроек и по­строек. Это скрыто от глаз в ЕГРП. Все иные постройки в офи­циальных документах не фигурируют. Нотариусы же, нахо­дясь под диктатом требований регистраторов, вынуждены указывать все необходимые для внесения в ЕГРП данные.

Универсальное правопреемство, по наследству, предус­матривает, что к наследнику переходят не только права, но и обязанности. В моей практике был случай обращения взыскания на имущество наследодателей. Но в состав на­следства вошли только старенький дом, ранее купленный наследодателем, и пара сараев. Все остальное: шикарный двухэтажный особняк (не законченный к тому времени строительством) и новые постройки в состав наследствен­ной массы не вошли, так как были указаны в виде самоволь­но возведенных построек. В свидетельстве о праве на на­следство указаны не были, и обращение взыскания на них  стало невозможным, поскольку наследники отвечают в пре делах стоимости перешедшего к ним имущества (ст. 1175 ГК РФ). А перешло только то, что указано в свидетельстве. Вот и получилось, что наследники ответили в пределах стоимости этого старого домика согласно свидетельству о праве на наследство. А новейший особняк ушел мимо кредиторов. Как говорится: только его и видели!

Схожая ситуация возникает в отношении оформления  прав на земельный участок в том случае, когда наследодатель по тем или иным причинам, имея правоустанавливающий документ (решение местной администрации о выделении зе­мельного участка), не успел или не хотел получать правоподтверждающий документ—государственный акт на земельный участок или свидетельство о праве собственности. На сегод­няшний день практика идет по пути направления наследни­ков в суд — за установлением права наследодателя на данный участок и включения его в наследственную массу. А надо ли?

Следует отличать переход прав по наследству, произо­шедший в результате универсального правопреемства, то есть когда объект остается неизменяемым, а в правоотношении происходит замена субъекта с одного на другого, от иных сделок, в которых при неизменности субъекта происходит юридическое перемещение объекта от одного субъекта к дру­гому. Унификация здесь недопустима.

На сегодняшний день нет четко оформленного понятия объекта недвижимости как жилого помещения. Мало того, что к объектам недвижимости в общем плане может быть отне­сено, например, предприятие (ст. 132 ГК РФ) или кондо­миниум, так еще и само понятие объекта настолько размы­то, что оставляет громадное поле для элементарных ошибок.

Понятие объекта (объединяющего и технический, и юридический смыслы) удалось разыскать в Приказе Гос­строя №90 от 24.05.2002, который, правда, звучит несколь­ко странно в свете обсуждаемой темы жилых домов: «Об утверждении методических рекомендаций по технической инвентаризации зданий и государственному техническому учету объектов недвижимости нефтегазовой промышлен­ности и составлению технической документации для целей государственной регистрации и прав на них». Однако со­держащее в нем определение наиболее соответствует иско­мой величине: «Объектом государственного технического учета является отдельно стоящее здание (строение)

«Споры, возникающие при осуществлении градостроительной деятельности, рассматриваются федеральными органа' ми исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов РФ, органами местного самоуправления, судом в пределах их компетенции».

Все, что не запрещено законом и решением суда, то разрешено!

Посмотрите на свидетельство о регистрации права Там; объектом права указан только жилой дом. Без пристроек и по­строек. Это скрыто от глаз в ЕГРП. Все иные постройки в офи­циальных документах не фигурируют. Нотариусы же, находясь под диктатом требований регистраторов, вынуждены указывать все необходимые для внесения в ЕГРП данные.

Универсальное правопреемство, по наследству, предус­матривает, что к наследнику переходят не только права, но и обязанности. В моей практике был случай обращения взыскания на имущество наследодателей. Но в состав на­следства вошли только старенький дом, ранее купленный наследодателем, и пара сараев. Все остальное: шикарный двухэтажный особняк (не законченный к тому времени строительством) и новые постройки в состав наследствен­ной массы не вошли, так как были указаны в виде самоволь­но возведенных построек. В свидетельстве о праве на на­следство указаны не были, и обращение взыскания на них стало невозможным, поскольку наследники отвечают в пре­делах стоимости перешедшего к ним имущества (ст. 1175 ГК РФ). А перешло только то, что указано в свидетельстве. Вот и получилось, что наследники ответили в пределах сто­имости этого старого домика согласно свидетельству о праве на наследство. А новейший особняк ушел мимо кредито­ров. Как говорится: только его и видели!

Схожая ситуация возникает в отношении оформления прав на земельный участок в том случае, когда наследодатель по тем или иным причинам, имея правоустанавливающийдокумент (решение местной администрации о выделении зе­мельного участка), не успел или не хотел получать правопод-тверждающий документ—государственный акт на земельный участок или свидетельство о праве собственности. На сегод­няшний день практика идет по пути направления наследни­ков в суд — за установлением права наследодателя на данный участок и включения его в наследственную массу. А надо ли?

Следует отличать переход прав по наследству, произо­шедший в результате универсального правопреемства, то есть когда объект остается неизменяемым, а в правоотношении происходит замена субъекта с одного на другого, от иных сделок, в которых при неизменности субъекта происходит юридическое перемещение объекта от одного субъекта к дру­гому. Унификация здесь недопустима.

При подготовке данного обзора, изучая имеющиеся нормативно-правовые акты, автор пришел к выводу, что на сегодняшний день нет четко оформленного понятия объекта недвижимости как жилого помещения. Мало того, что к объектам недвижимости в общем плане может быть отне­сено, например, предприятие (ст. 132 ГК РФ) или кондо­миниум, так еще и само понятие объекта настолько размы­то, что оставляет громадное поле для элементарных ошибок.

Понятие объекта (объединяющего и технический, и юридический смыслы) удалось разыскать в Приказе Гос­строя №90 от 24.05.2002, который, правда, звучит несколь­ко странно в свете обсуждаемой темы жилых домов: «Об утверждении методических рекомендаций по технической инвентаризации зданий и государственному техническому учету объектов недвижимости нефтегазовой промышлен­ности и составлению технической документации для целей государственной регистрации и прав на них». Однако со­держащее в нем определение наиболее соответствует иско­мой величине: «Объектом государственного технического учета является отдельно стоящее здание (строение) с пристройками или без них, сооружение или комплекс зда­ний и/или сооружений, объединенных общим назначением, организационно и технологически взаимосвязанных, выпол­няющих единую производственную функцию на обособлен­ном земельном участке. Состав комплекса определяется правообладателем. Назначение объекта определяется разре­шительной документацией на строительство объекта или землеотводной документацией». Что и требовалось доказать!

Но не обошлось и без двойственности позиции, напри­мер, в п. 3.2 настоящего Приказа указано: «Заказчиком оп­ределяется перечень объектов недвижимого имущества, образующих комплекс и подлежащих технической инвен­таризации, и предоставляются нотариально заверенные копии документов, подтверждающих принадлежность иму­щества заказчику». Как видим, выражения «подтверждаю­щих право собственности имущества» здесь нет.

Отсюда вывод: следуя Градостроительному кодексу РФ, хотят того или не хотят строители, ввиду расширения сферы частного права в жизни общества, с целью исключе­ния дальнейших судебных споров им необходимо прислу­шиваться к определению, данному гражданским правом, а не гражданское право должно прислушиваться к опреде­лениям, которые сформулирует Приказ Госстроя. Так же должны поступать и нотариусы.

В этой связи автору созвучна мысль АЛ. Фокова, выс­казанная им в статье «Проблемные вопросы собственности " в нотариальной и судебной практике» (журнал «Нотариус», 2003, №2. с 6), о том, что часто собственники недвижимости не решают своих проблем через нотариуса или регистриру­ющий орган юстиции, а вынуждены вовлекаться в длитель­ный судебный процесс.

Комментарии

Добавить комментарий (будет опубликован после просмотра администратором). Вопросы принимаются только на форуме.
Имя:Гость
Заголовок:
BBCode:Web AddressEmail AddressBold TextItalic TextUnderlined TextQuoteCodeOpen ListList ItemClose List
Комментарий:







< Пред.   След. >